21 октября 2021  21:54 Добро пожаловать на наш сайт!
Поиск по сайту

Писатели, поэты Нарвы, Эстония

Андрей Гвоздиков

Андрей Алексеевич Гвоздиков Родился в 1942, 21 ноября, в Москве, в родильном доме им. Грауэрмана. Первые 30 лет жил на улице Грановского в доме З. Учился в школе 92, где некогда, тогда женской гимназии, училась Цветаева. С 16 лет начал работать. Поменял массу занятий и профессий. Был актёром в театре им. Маяковского, медником на авиационном заводе, монтажником верхолазом, строил пятиэтажки "хрущёбы" Большой Москвы, учился на топографа, служил в армии, Работал звукооператором, был корреспондентом самой большой многотиражки СССР, проводником железнодорожных вагонов, учился в Литературном институте им. Горького, работал экскурсоводом Московского экскурсионного бюро, преподавал экскурсоведение. После переворота торговал в палатке на Ленинградском вокзале, торговал газетами в электричках, имел торговую газетную точку в метро. В 2002 году после смерти жены, когда исполнилось 60 лет, нашёл свою судьбу в Нарве (Эстонская республика). Создал и 10 лет руководил литературным объединением имени Адольфа Гана. Имея давнее влечение, занялся живописью, состоял в обществе нарвских художников "Вестервалли".

«Давайте сделаем из Нарвы выставку монументальной скульптуры» 10.11.13

На страницах интернет журнала "Что есть Истина?" №63 01.12.20

***

Эта нарвская осень,
Промокшего старого барда.
Пожелтевшие листья
Ложатся на мокрый асфальт.
Где каштаны сверкают,
Как драгоценные камни,
Когда солнечный луч
прорывается сквозь облака.
Из-за скучных домов
тарно-ящичной архитектуры
Вдруг мелькнет силуэт
позапрошлых веков
И поднимется Город
на бастионов котурны
Воспоминаний,
Мелодий и снов
***
О, не вздыхайте обо мне,
Печаль преступна и напрасна,
Я здесь, на сером полотне,
Возникла странно и неясно.
Взлетевших рук излом больной,
В глазах улыбка исступленья,
Я не могла бы стать иной
Пред горьким часом наслажденья.
Он так хотел, он так велел
Словами мертвыми и злыми.
Мой рот тревожно заалел,
И щеки стали снеговыми.
И нет греха в его вине,
Ушел, глядит в глаза другие,
Но ничего не снится мне
В моей предсмертной летаргии.
1911
"Постаревшая, измученная годами, невзгодами и гулаговскими страхами петербургская колдунья (ставшая в России символом века, поэзии и страданий) написала за два года до смерти небольшой очерк о том, что была вот когда-то знакома с Модильяни, не более того. Бесчисленные ее (и, уж тем более, его) биографы не обратили на этот уклончивый очерк большого внимания, и вдруг – еще тридцать лет спустя – открылась в Венеции выставка рисунков Модильяни из собрания парижского врача Поля Александра. В начале 10-х годов истекшего века этот молодой врач-стажер из парижской больницы Лабривуазье был первым восторженным поклонником и первым покупателем рисунков Модильяни. Он покупал их на свои скромные студенческие сбережения...
И вот прошло восемьдесят лет, доктор давно умер, сын его сумел организовать выставку отцовской коллекции, и миру открылись эти рисунки. Среди них было много-много «ню» какой-то высокой, стройной, длинноногой молодой женщины с большим пучком волос, челкой на лбу и неповторимым, неординарным профилем. В толпе зрителей, заполнивших зал венецианской Академии художеств, была молодая русская женщина-филолог, выпускница МГУ, которая пришла вдруг в необычайное волнение…
– Я знаю, кто это, – крикнула она ученому-экскурсоводу, указывая на длинноногую красавицу, – это Анна Ахматова, главный русский поэт XX века.
– Нет, – сказал экскурсовод, – это портрет Неизвестной. Так обозначено во всех каталогах Модильяни.
Взволнованная русская профессорша долго доказывала свою несомненную правоту (и доказала в конце концов, хотя и не сразу). Потом она отправила большой очерк об этой выставке в парижскую газету «Русская мысль», где заместителем главного редактора была в то время ее соученица по Московскому университету, и очерк был напечатан (с репродукциями).
Анна Ахматова выжила, пережила семь страшных десятилетий, пережила даже палачей своего первого мужа Гумилева, и только в старости, незадолго до своей смерти (в 1965-м) она вернулась в Париж, чтоб постоять перед этим «темным домом» на улице Бонапарта. Модильяни умер за сорок пять лет до этого дня, так ничего и не узнав ни о ее жизни, ни о стихах, ему посвященных, ни о ее российской и всемирной славе…"
Так беспомощно грудь холодела,
Но шаги мои были легки.
Я на правую руку надела
Перчатку с левой руки.
…Это песня последней встречи.
Я взглянула на темный дом.
Только в спальне горели свечи
Равнодушно-желтым огнем.
Из книги Бориса Носика "Еврейская лимита и парижская доброта"


***

Разверзлись хляби в небеси,
По лужам хлябать?
Займите денег на такси
Чуток хотя бы.
Я к вам приеду, как- нибудь…
Потом, наверно…
Когда не будет лить и дуть
Погода скверно.
Разверзлись хляби в небеси…
А было вёдро.
Прости мя господи! Прости
Грех первородный.
***

Жизнь преподносит мне сюрпризы.
Не в первый раз, не в первый раз…
Я принимаю божий вызов.
Господь воздаст.

А было это ли со мной?
Иль может я придумал это.
Но песенка моя не спета.
Её не допоёт другой!

Смирись дружок с толпою дураков,
Невежд, незнаек и нелюбопытных
Любителей избитых чувств и слов,
Лишь пошлости опилками набитых.
Ты не один на матушке земле.
Труби в трубу, и кто-то отзовётся.
И над костром твоим дымок взовьется.
Такие же как ты придут к тебе.
И будет пир из знания и слов,
Которые как будто вновь родятся
И мы совместно сможем разобраться,
Где нам найти основу из основ.

***

Острова, за спиной острова
Их post card фиолетовый почерк
Всё сбылось, что безумец пророчил
Теребя за мои рукава.
За спиною остался Сучан,
Командорские чайки в тумане,
Переулков арбатских молчанье
И надежд бесконечный обман.
Острова за спиной острова…
Я без карты плыву в неизвестность.
Всё вокруг незнакомая местность
И потерян ненужный компас.
Все проходит и храм Покрова
И Азорские острова.


***

На данный момент непопулярный факт из истории Эстонии.
А что знаменательного произошло именно 23 февраля? Какая-то крупная победа?
– Там не было побед, это точно, но была приостановка немецкого наступления. Это произошло даже не совсем под Нарвой, а скорее под Ревелем (нынешний Таллин). Там, на железнодорожной станции Кейла, 23 февраля эстонские красногвардейцы вступили в бой с немцами и на сутки приостановили их наступление. До этого там тоже велись бои, но это не были сражения Красной Армии – это были бои старой русской армии. А мы говорим о сражениях новых частей, выступивших на фронт из Петрограда, – вот почему эта дата считается днем рождения Красной Армии.
27.02.21

***


Мы не достойны памятников их
Мы недостойны.
Однажды знамя уронив
Уже не воины.
Мы отказались от судьбы
Словно от матери.
Живём колени преклонив
Так, обыватели.
И нам потомки не простят
Через столетия.
Ведь в генах есть ещё у нас
Отметина.
И голос крови позовёт
Под алым флагом
И все пройдёт и всё придёт
Чего нам надо!
26.02.21
Возможно, это изображение (текст «3Ð аиквидацию белогвардейской антисовет ской организации 1933»)

***


«Пока горит Голгофская заря»
И не взошли голгофские туманы,
Не торопитесь попусту и зря,
Придут попы и нагло всех обманут.
Звезда зажглася?
Нет, она всегда горела!
Она лишь только вынырнув из тьмы,
Немногим осветить их путь успела.
Немногим.
Но на то они волхвы!
И побрели упрямые в познанье
По миру, где не ведали дорог.
Пока не встретились.
Упрямые в дерзанье,
Возжаждав Истины,
которая есть Бог.
Они сошлись к рожденью ребёнка.
В какой-то хижине.
Дорогою осла.
Вот Истина! Рождение потомка!
А остальное? Просто ерунда.
Когда-то всей вселенной автор
Всё главное пооставлял на Завтра!
26.02.21
Возможно, это изображение (небо, природа и дерево)
***
Бог, то Бог. Но все, же с обезьяной
Слишком многое роднит нас, тем не менье.
Только горстка генов окаянных
Разделяет с ними без сомненья.
Говорят, он создал по подобию
Своему. Потом изгнал из рая.
Просто мы его высоколобие
Кое-как и кое-где употребляем.
Потому, полны высокомерия,
Мы на братьев наших смотрим в клетках.
Потому, наверно, в бога верим мы
Ставя себе лучшие отметки.
26.02.21
Возможно, это изображение (животное)
***
Нас жизнь качает на волне.
То штиль, то шторм.
А, что ты сделаешь воде
Наперекор?
За частоколом красных дат
Как за забором
И флаги на домах висят
Укором.
Уже не радует ничто
И день рожденья.
Но тайно ждёшь ни весть чего
По воскресеньям.
Я трубку закурю и нахимичу грог
С волнением почти средневековым.
Себя увижу молодым и новым
На перекрестье тысячи дорог.
И пусть мгновенье кончиться позором
Сна, где я буду низвержён
Перепитий расшатанным забором,
Который был судьбой сооружён
Я трубку закурю и нахимичу грог
Сна, где я буду низвержён
На перекрестье тысячи дорог.
25.02.21
***
Вдруг, чёрте что, врывается в мозги
Соединяется, склоняет к тихой ржачке
Сижу на на камешке у жизненной реки
И созерцаю вечность аки паче
Знавал я одного налоговика,
Его, как помниться, все звали Савлом
За бороду, как говорят, он взял Христа
И словом завладел его и славой.
Уж два тысячелетия прошло
Но мытарь вновь берётся за работу
Я отмытарился, как будто пронесло,
Что будет, это ваша уж забота.
27.02.20
ЛИРИЧЕСКАЯ КСЕНОФОБСКАЯ КОСМИЧЕСКАЯ

Они прилетают и всё про нас знают,
А мы- то про них ни о чём.
Над Сочи летают и над Кустанаем,
Над Мурманском и над Орлом.
Они на обычных людей не похожи.
Они необычны во всём.
И что то не вериться в то, что мы сможем
Собраться за круглым столом.
И что мы обсудим? Они же не люди.
Наверное, нас не поймут.
Хрен с ними, с пришельцами. С нас не убудет.
Они же наверно не пьют.
Они же, наверное, женщин не любят.
И песен, до слёз, не поют.
А от науки сплошные проблемы
Она хоть бы что и найдет,
Так получается тут непременно.
То бомба, а то пулемёт.
Короче. Живем мы без них, ну и ладно
Видали мы этих братьёв.
Чтоб сделать, чтоб было бы им неповадно
Летать к нам из разных миров.
20.02.20
***
Не раз был бит своим народом.
Пореже был им восхвалён.
Но, право, никогда в угоду
Ему, - я не был вовлечён.
Мы вместе, просто, как то жили,
Деля и труд и каравай.
О чём нам спорить? Не забыли?
Давай, по полной наливай.
Пусть на газетке всё застолье.
И прост нехитрый закусон….
Но вместе нам раздолье воли.
И жизнь похожая на сон.
27.02.19.
***

Храните вечно эти фотки
Кто в бескозырке, кто в пилотке
Кто в шлеме танковом большом
Кто под винтом или крылом.
Мы были молоды сильны
Мы жили для своей страны.
Нам снятся сны в военной форме,
Как будто вновь призвали в строй.
Мы помним всё! И уж бесспорно
Тебя научим, молодой.
ДАДЕНО – ВЗЯДЕНО

( Любимое выражение старшины, незабвенного мичмана
Шивцева, фронтовика. Гражданская специальность гуртоправ.
Вечная ему память!)
Помню ротою шли по Владику
При параде –
к плечу плечо.
Сколько было тогда нам дадено
И не взядено
ничего.
Растерялись,
когда по дембелю
Разбросало по сторонам.
Нашей памятью всё поделено
До и после.
Так надо нам.
Потому что счастливее не было…
Кирзачами асфальт круша,
Наша песня летела в небо
И команды орал старшина.
В баню шли мы,
а может из бани.
Все прохожие были с нами.
Из окошек махали руками.
И девчонки стреляли глазами.
А теперь…
В фотографию глядя,
Размышляю я,
отчего,
Сколько было тогда нам дадено
И не взядено
ничего?
Я рядовой. Иду в строю.
Не претендую на героя.
Я амбразуру не закрою,
В атаку фронт не поведу.
Я просто выполняю долг.
Со мною взвод мой, рота, полк.
У нас нелёгкая работа,
Всё время воевать за что-то.
И от забора до обеда -
Нам не обещана победа.
«Но только пыль, пыль, пыль
Из-под шагающих сапог.»
Куда нас завтра бросят генералы?
Моей могилы скромный бугорок,
Для них, быть может, станет пьедесталом.
Я рядовой, но в глубине души
Надеюсь, что останусь незабытым.
Пусть и прославят надписью избитой,
«Здесь неизвестный голову сложил».
Был рядовым. Простым бойцом пехоты.
Чего-то там такое сочинил.
Со всеми вместе воевал за что-то.
23.02.17
Возможно, это изображение (1 человек)

***
Приходит неизменно миг
И давишь клавиш.
Я к этому давно привык
Уж не исправишь.
Мне говорили. – Будь скромней
И я старался.
Не обгонял других людей
И сомневался.
И всё, что было мне дано
Считал – случайность.
И черно белого кино
Черезвычайность.
Я шёл по своему пути, -
Закрыты двери.
Но только было впереди
Окно доверья.
И оглянувшися назад
Не сожалею.
Увы, незрелый виноград
На той аллее.
2015
***
За спиной остаются лишь тени,
Впереди небосвод голубой
И уже не осталось сомнений,
Что впоследствии будет со мной.
Чуть короче становятся планы
И попроще житейский обряд.
Но манят ещё дальние страны,
Как поболе полвека назад.
Пусть звенит мне в душе колокольчик.
Пусть играет на сердце свирель
И пусть всё -таки хочется больше,
Чем вчера и чем даже теперь.
19 марта 2015. Нарва.

***

Не ищи прощенья. Не прощай.
Всё пройдёт быстрее чем хотелось.
Что важнее, - трусость или смелость?
Главное себя не потеряй.
22.02.15
***

Когда мне было восемнадцать
Себе я начал удивляться.
Однажды я перелетел
Чрез трёхметровую ограду.
За мною мотоцикл летел,
А мне спасаться было надо!
Светила полная луна
И был я словно на ладони.
Спасла в ночи меня стена
От милицейской той погони.
С тех пор всегда волшебный стимул
В спасеньях разных помогал.
И беды пролетали мимо.
Но прыгать выше я не стал.
2014
Возможно, это изображение (1 человек)
***
21 марта 2013 г. · Narva ·
Не уходи из юности дружок
Господь не обещает жизни вечной
И в гроб, когда-нибудь, придётся лечь нам
Но главное, чтоб был от жизни прок.
Люби её, какой бы ни была.
Люби её легко и беззаботно.
Как в юности, где каждый день суббота.
Как в юности, когда в душе весна.
Всё сбудется, о чем - бы не мечтал.
А что не сбудется, ну, так и, слава богу.
Но главное не покидай дорогу
Ту на которой песни напевал.
Трагедий нет, а есть лишь счастье,
Что к жизни ты вообще причастен.
И лишь желание комфорта,
Нам вечно впечатленье портит.
***
Исполняется на мотив «Аргентинского танго»
«Мело, мело по всей земле во все пределы»
Но вот природе это надоело
Из Африки пригнав температуру
Порастопила снежную натуру.
Мы поскользили пару дней попав под дождик
В недоумении, а что же будет после
А после март обычно наступает
И может снег наш окончательно растает.
Но это вряд ли говорит нам опыт
«Пару порток» одеть будет неплохо
Поскольку у природы, каждый знает,
На шутки настроение бывает.
28.02.21
Возможно, это изображение (животное и на открытом воздухе)
***
Я солдат этой вечной мировой войны
Я солдат.
Да, бывают иногда и мирные дни
Я солдат.
И если не в атаку то держать оборону
Я солдат.
И мне плевать на чины и на троны,
Я солдат
Я погибну, и в общей могиле зароют.
Я солдат
Но сегодня я готов к бою,
Я солдат
Меня не поймут те, кто не был со мною
Я солдат
Просто есть у меня, что-то такое
Я солдат
Что я никогда никому не раскрою.
Я русский солдат.
03.03.21
Возможно, это изображение (Андрей Гвоздиков, стоит, на открытом воздухе и памятник)




Город Нарва – граница миров.
Здесь сошлись – разошлись две дороги.
Это стоило жизни так многим,
Что на всех не хватает крестов.
Обожжённые прошлым столетьем,
Мы должны не забыть и простить,
Потому что вчерашние дети
Завтра будут здесь новых растить.
Город Нарва – руины заросшие
Вновь поднимет из праха веков.
Сколько здесь ещё будет хорошего
На границе двух разных миров.
***
Зачем я целый воз стихов накрапал.
Уж лучше б никогда не начинал.
Ведь уронил я в детстве мишку на пол.
Из речки Тане мячик доставал.
Я мог бы быть большим специалистом,
(Имел бы «лаурятскую» медаль),
Иль, на худой конец, рецидивистом –
И про меня бы сняли сериал.
Но с юности себе я жизнь испортил,
Когда впервые взялся за перо,
Уж лучше бы тогда занялся спортом,
И был теперь наверно чемпион.
Я не могу писать попсовых текстов,
И не умею под фанеру петь,
И не могу сидеть на видном месте –
Глазами умными на публику смотреть.
Вот так живу, судьбой злодейкой брошенный.
Себе любимому и жертва и палач.
Я знаю, мишка, ты всегда хороший.
Я знаю, Таня не утонет мяч.
***
Сосульки на крыше повисли,
И начало раньше светать.
Позволь несерьёзные мысли
Серьёзно тебе рифмовать.
Не бойся заразе гриппозной
Ты губы свои подставлять.
Мне кажется, что уже поздно
Нам что-нибудь в жизни менять.
Поверь, что всё вышло, как вышло.
Снега будут таять в полях.
В душе зацвели уже вишни
И зреют у нас на губах.
Природою всем это роздано,
И будем серьёзно считать,
Что несерьёзными звёздами
Нам велено так поступать!
***
Мы в детстве прибегали на шоссе,
Чтобы понюхать аромат бензина.
Вцепившись в деревянный борт машины,
Мы мчались к горизонта полосе.
Но уговор был – лишь до поворота,
Поскольку там шофер притормозит.
Героями себя вообразив,
Мы прыгали в кювет с большой охотой.
Полуторка, трехтонка, студебеккер...
Других машин тогда не знали мы.
Но обжигал лицо дороги ветер,
До поворота только прокатив.
***
Размышления по поводу размышлений в постах.
Не к чему мудрить. Всё предельно просто.
Колесу истории плевать на ваши сопли!
Оно запущенно однажды и навсегда.
И ваши восторги, стенания и вопли,
Это скрип не смазанного колеса.
Колесо истории смазывается кровью,
Слезами смазывается его ось.
Как прихлопнуло воробья лепёшкой коровьей?
Древнюю притчу помните, небось?
Хочется, чтоб нежно, или просто, - выжить
Кому- то и удастся, заслужил, похоже.
А если не успел навострить лыжи,
То обязательно получишь по роже.
Свернуть